Чем же все-таки Казанова столь прельщает людей, что имя сие стало практически нарицательным? И коль нарицательным, то в каком смысле? Имя это действительно ассоциируется у большинства людей с понятиями «дамский угодник», «ловелас» и даже, говоря современным языком, секс-символ во веки веков. К тому же он считался выдающимся путешественником, драматургом, химиком, математиком, финансистом, дипломатом, знатоком оккультных наук и т. д., а появление 4545-страничных мемуаров «История моей жизни», восхищавших Гейне, Стендаля, Сен-Бева, Мюссе и др., поставило его в один ряд с великими писателями того времени. Об этой книге беседовали персонажи Пушкина и Достоевского, а ее автор из реального человека инкарнировал в миф, став, в свою очередь, героем произведений Олдингтона и Цвейга, Шништера и Цветаевой, не говоря о многочисленных литературно-исторических изысканиях. Восемь кинолент рассказывают о жизни венецианского авантюриста, включая шедевр Феллини, не говоря уж о том, что практически каждое уважающее себя периодическое издание считает оскорблением для читателя не поместить материалы о «великом любовнике». Однако большинство публикаций отличается стандартностью суждений, не говоря о стереотипности высказываний, подсунутых почтенной публике пару столетий назад самим же Казановой. Давайте попробуем посмотреть на оборот монеты. Итак, Казанова:

Весной 1725 г. Россия потеряла царя – Петра Великого. На фоне подобного события мировой истории появление на свет той же весной, три недели спустя, В Венеции Джованни Джакомо Казаковы можно считать событием малозначительным. Только, естественно, не для будущего великого афериста. Его матерью была молодая венецианская актриса Занетта Фарусси, которая, хоть и вышла замуж за танцора по имени Казанова, строгостью нравов не отличалась. Сам Джованни впоследствии усомнился в отцовстве и стал приписывать его известному в те времена актеру Микеле Гримани.

В 1741 г, Казанова принимает постриг и становится послушником в духовной семинарии. Этот статус сохранялся за ним всего два месяца, до первой самостоятельной проповеди, посреди которой он свалился под кафедру в связи с совершенно не подобающим сану алкогольным опьянением крайней степени. Ходили слухи, что из семинарии его торжественно поперли и за гомосексуальные наклонности, но сам Казанова это категорически отрицал. Затем последовала работа у венецианского адвоката и в июне 1742 г. Джованни защищает диссертацию по юриспруденции. В следующем году юноша оказался в семинарии св. Киприана, но опять-таки ненадолго: за сексуальные похождения его вновь выдворили. Именно в это время и родился Казанова-авантюрист. Согласно словарю Ожегова, авантюризм означает склонность беспринципного человека к «сомнительным по честности предприятиям в расчете на случайный успех». Что говорить, сия формулировка однозначно подходит нашему герою. Однако главное достояние любого авантюриста – это то, что было «вначале», – слово. Именно красноречием он обязан поддерживать свою репутацию. И, наверное, посему традиционный рассказ Казаковы, которым он «потчевал сильных мира сего» разных стран о побеге из тюрьмы Пьомби длился, как минимум, два часа, невзирая на просьбы о сокращении повествования. Популярность авантюризма в конце эпохи Просвещения объясняется достаточно просто. Смутная эпоха, надвигается время террора, когда «верхи не могут, а низы не хотят», сиречь, по В. И. Ленину «революционная ситуация». А во временном промежутке, предшествующем каждой уважающей себя революции, словно первые предвестники-подснежники появляются в изобилии маги, чародеи, астрологи, алхимики, целители и т. д. Традиция старая, как мир. Но если у нас Чумак да Кашпировский, в тогдашней Европе их предшественниками были Калиостро, Сен-Жермен да Казанова. Аналогия налицо, хотя никого не хочу пугать. Впрочем, как тогда, так и сейчас, авантюристы давали обществу то, в чем оное нуждается, – поиски неизведанного, надежду выйти из тупиковой ситуации, хотя, зачастую, и абсурдными методами и, наконец банальное, но неугасаемое желание развлечься. Путешествуя по городам и весям Европы, искатели приключений внесли свой посильный вклад в культуру многих стран – они являлись законодателями не только мод, вкусов и взглядов, но зачастую выступали в роли носителей новых политических идей. Одну из них они, пожалуй, предрекли – объединение Европы в экономический союз. Кстати, о путешествиях. Для Казановы они были не только поисками заработка и благодарной публики.

Карамзин, путешествовавший по России намеренно исказивший в «Письмах русского путешественника» свой маршрут, сделал это не случайно. Ведь подобный «променад» он совершил по указанию «вышестоящих инстанций». Он был масоном. Как и Казанова. Связь с масонством давала Казанове не только возможность относительно свободных передвижений – его высокопоставленные соратники неоднократно выручали его из вполне криминальных ситуаций. Кстати, после многих лет скитаний свой последний приют Джованни нашел именно у друзей-масонов.

Главное правило авантюриста – он обязан быть знатоком того, о чем даже не имеет представления. И не случайно Казанова с потрясающей наглостью организовывал вместе с кардиналом де Берни парижскую лотерею, в Венеции выдавал себя за прославленного химика, в России – за реформатора календаря и астролога. Сенатор Брагадин был уверен, что видит перед собой самого великого мага, а император Иосиф II – гениального финансиста. Периодически он инкарнировал в горного инженера, иноземного посланника, процветающего фабриканта и банального сводника, просвещенного ученого и народного целителя и т. д. И уж если говорить о целительстве, то Казанову можно смело назвать предтечей отечественных экстрасенсов. Однако методы лечения у него были весьма своеобразными, хотя и достаточно однобокими. К примеру, он достаточно неадекватно пытался сделать аборт своей знакомой X. С. У. (в мемуарах Казановы нет конкретных имен – лишь инициалы). Он предложил попробовать «древний магический» рецепт, согласно которому женщине, испытавшей сексуальное возбуждение, необходимо смазать матку «знаменитой мазью Парацельса» каким-нибудь предметом длиной 15-18 сантиметров. Сами понимаете, при подобном лечении невозможно надеяться на какой-либо результат, но Казанова здорово повеселился. Или классический пример сексуального авантюризма – случай с маркизой де Юрфе. Страдающая старческим маразмом маркиза решила сохранить свою душу. И дабы душа ее возродилась в новом теле, необходимо было только одно: немедленно родить мальчика (!) и переселить в его тело свою увядающую душу. А тут, как всегда кстати, появляется Казанова, с которым она на протяжении двух лет проводила эксперименты «переселения духа в плоть». Нашему герою подобная «работа» вряд ли доставляла сексуальное удовлетворение, но по крайней мере во время связи с маркизой, Казанова никогда не нуждался в деньгах. (Правда, к «целитель-ским» экспериментам своих собрепьев по ремеслу, он, разумеется, относился скептически, а подчас крайне ревниво. Из зависти к более удачливому на этом поприще Сен-Жермену он всячески старался его принизить в глазах доверчивой общественности, распространяя слухи, что вовсе никакой он не чародей, а лишь бездарный итальянский скрипач по имени Каталани).

В принципе, деньги основная цель авантюристов, не желающих заниматься чем-либо конкретным. А посему и Джованни не особенно смущался в выборе средств достижения богатства: торговал рецептами изготовления золота, был профессиональным карточным шулером и не менее профессиональным сводником (некоторые женщины из постели Казаковы попадали непосредственно в постель Людовика XV, который, собственно, и превратил тогдашнюю Францию в огромный гарем). И, разумеется, как и прочие авантюристы, Казанова тяготел к предсказаниям, где традиционный набор трюков (хрустальный шар, магический круг и т. д.) дополнялся весьма нетрадиционными. Юной девице де Роман наш герой предсказал благосклонность вышеупомянутого короля, а последнему – появление новой возлюбленной, после чего немедленно распространил слух о своем пророчестве». Спустя некоторое время он привез девушку из Гренобля в Париж, где и представил любвеобильному монарху. И все удивлялись: вот ведь – предсказание-то сбылось! А сам Джованни писал: «Если предсказание не сбывается, то грош ему цена, но я отсылаю снисходительного моего читателя ко всеобщей истории: там обнаружит он множество событий, какие, не будь они предсказаны, никогда бы и не совершились».

Теги: Вениция, Казанова, Людовик ХV, маркиза де Юрфе, масоны